Аккадийцы

У одной птицы – два крыла. И она летит. У двух птиц – четыре крыла. И они не летят. Птицы связаны друг другом

Чудовищная катастрофа произошла 80 000 лет назад и превысила по своей сумасшедшей силе все предыдущие. Остров Даитья под тяжестью раскаленной лавы и многотонных грехов взорвался и мгновенно ушел на дно, а от Руты яростный океан откусил три четверти территории; остался лишь скалистый кусочек восточной части – остров Посейдонис. На удрученной карте номер 4 мы не видим западных земель Европы и Африки, родильных морей Азии и Америки. Северный Египет, занимавший территории Крита, Греции и дна восточного Средиземного моря, словно сказочная рыба-кит, выпустил гигантские фонтаны вулканических извержений и надолго нырнул под воду. Черное море надулось водами Потопа и отделилось от северного океана. Обнаженные материки Азии и Африки, Австралии и Антарктиды, Америки и Гренландии, взявшись за руки, дико завыли и исступленно заплясали людоедские хороводы вокруг атлантического костра. Наконец, они выбились из сил, попадали возле обугленных головешек Атлантиды и приобрели более четкие современные очертания.

Император, жрецы и все люди, следовавшие благому закону, заранее были предупреждены Иерархами о надвигающемся катаклизме. Многие атланты успели эмигрировать. Когда кошмарная стихия по-хорошему утихла, власть на острове Посейдонисе после ряда упорных войн захватили аккадийцы. Представители этой атлантической подрасы были белокожими, как и семиты. Они появились уже после катастрофы, происшедшей 80 000 лет назад и вели повальные войны с семитами, которых до сих пор никак не могут победить. Аккадийцы отличались коммерческими, навигационными и неугомонными колонизаторскими способностями. Большой интерес, проявленный аккадийцами к поэзии мореплавания, заставлял их въедливо изучать нумерологию, астрологию и наблюдать за небесными светилами. Они построили несколько гигантских обсерваторий, научных и торговых центров и установили надежную связь с самыми отдаленными частями Земного Шара. Их бойкие потомки – этруски, пеласги и финикийцы – плодовито и пестро торговали по берегам Средиземного и Черного морей. Блистательная столица аккадийцев – город Карда – тогда навоевалась по горло и покоится на дне Средиземного моря возле Сардинии..

Остров Посейдонис и его громкую столицу – город Посейдон – подробно описал в своих диалогах «Критий» и «Тимей» древнегреческий философ Платон. Рассказывая о легендарной стране, этот посвященный философ сообщает, что Атлантида была правильным островом, который «получил в удел Посейдон». Посейдон, бог морей и океанов, населил его своими детьми, зачатыми от смертной женщины. Бог произвел на свет «пять раз по чете близнецов мужского рода», и поделил весь остров на 10 частей. На равном расстоянии от берегов в середине острова атлантов была расположена равнина. Если верить Платону, она была красивее других равнин и очень плодородна. Здесь жил большой человек по имени Евенор с мягкой женой Левкиппой. Их единственная дочь звалась Клейто. Когда симпатичная девушка достигла брачного возраста, Посейдон жадно женился на ней. Холм, узловато возвышающийся над сказочно цветущим островом, морской бог укрепил и окружил его тремя водными и двумя земляными кольцами.

От моря, сообщает Платон, атланты прокопали канал в 3 плетра шириной (1 плетр – около 32 метров) и в 50 стадиев длиной (1 стадий – около 193 метра) вплоть до крайнего из водных колец. Так они создали доступ с моря в это кольцо, словно в гавань, приготовив достаточный проход даже для самых толстых судов. Земляные и водяные кольца имели ширину 3 стадия. Прозрачные каналы пересекались золотистыми мостами и кудрявыми отражениями цветущих садов. В самом центре красивого города возвышался храм Клейто и Посейдона, окруженный бойким почтением и золотой стеной. Ежегодно каждый из десяти районов Атлантиды доставлял сюда тяжелые дары. Поверхность храма атланты выложили серебром, акротерии же – золотом. Потолок был выполнен из слоновой кости. Золотые изваяния Посейдона на колеснице, правившего шестью крылатыми конями, и ста нереид на дельфинах украшали исполинское святилище.

На прекрасном острове, продолжает Платон, били два легендарных источника – холодный и горячий. Вода была удивительно вкусной и обладала живой и мертвой целительной силой. Источники обвели изразцовыми стенами, насадили подле фруктовые деревья и направили волшебные воды в купальни; причем – отдельно для царей, для военачальников, для простых людей и даже для уставших коней. Каждая купальня была соответствующим образом украшена и отделана.

На внешних кольцах атланты построили святилища богов и разбили множество садов, школ и стадионов для спортивных игр. Посредине самого большого кольца был устроен ипподром, имевший ширину один стадий. Недалеко располагались помещения для царских копьеносцев; самая преданная гвардия размещалась внутри меньшего кольца, ближе к акрополю. От моря начиналась стена, покрытая медью. Металл, по утверждению Платона, наносили в расплавленном виде. Стена внутреннего вала была покрыта литьем из олова, а стена самого акрополя – орихалком. Пространство между ними было застроено, а проток и самая большая гавань были переполнены обильными кораблями, на которых отовсюду прибывали купцы. Днем и ночью здесь слышались возбужденный говор и шум толпы. Среди богатств острова философ упоминает легендарный металл орихалк, «испускавший огнистое блистанье».

Платон рассказывает и о военной организации атлантов. Каждый участок равнины должен был выделять одного воина-предводителя. Величина такого надела была 10 на 10 стадиев, а всего участков насчитывалось 60 тысяч. Во время войны каждый предводитель обязан был поставить шестую часть колесницы, воина со щитом, способного биться и в конном и в пешем строю, возницу, правящего конями, двух гоплитов, по два лучника и пращника, по три камнеметателя и копейщика. Получается, войско атлантов было грозной силой, насчитывающей 720 000 воинов. Далее Платон повествует о печальной судьбе Атлантиды:

«В продолжении многих поколений, покуда не истощилась унаследованная от бога природа, правители Атлантиды повиновались законам и жили в дружбе со сродным и божественным началом: они блюли истинный и высокий строй мыслей, относились к неизбежным определениям судьбы и друг к другу с разумной терпеливостью, презирая все, кроме добродетели, ни во что не ставили богатство и с легкостью почитали чуть ли не за досадное бремя груды золота и прочих сокровищ. Они не пьянели от роскоши, не теряли власть над собой и здравого рассудка… Но когда унаследованная от бога доля ослабла, многократно растворясь в примеси смертных, и когда возобладал человеческий нрав, тогда они оказались не в состоянии долее выносить свое богатство и утратили благопристойность. Для того, кто умеет видеть, они являли собой постыдное зрелище, ибо промотали самую прекрасную из своих ценностей. Неспособные усмотреть, в чем состоит истинно счастливая жизнь, они казались себе прекраснее и счастливее всего как раз тогда, когда в них кипели безудержная жадность и сила». «И вот Зевс, бог богов, блюдущий законы, хорошо умея усматривать то, о чем мы говорили, помыслил о славном роде, впавшем в столь жалкую развращенность, и решил наложить на него кару, дабы он, отрезвев от беды, научился благообразию. Поэтому он созвал всех богов в славнейшую из своих обителей, утвержденную в средоточии мира, из которой можно лицезреть все причастное рождению, и обратился к собравшимся с такими словами…»

В «Критии» описание Атлантиды обрывается на полуслове. Но решение Зевса становится ясным из другого диалога Платона – «Тимей».

«Вся сплоченная мощь атлантов и их колоний была брошена на то, чтобы одним ударом ввергнуть в рабство еще свободные страны по эту сторону пролива Гибралтар. Именно тогда государство и город Афины, несмотря на измену союзников, все же одолело завоевателей и «воздвигло победные трофеи»…

«Но позднее, когда пришел срок для невиданных землетрясений и наводнений, за одни ужасные сутки вся воинская сила была поглощена разверзнувшейся землей; равным образом и Атлантида исчезла, погрузившись в пучину».

Эти строки философа свидетельствуют о яркой внезапности катастрофы и космических масштабах потрясений.

Платон был одним из Великих Посвященных, учившихся настоящим знаниям у жрецов Египта. Он выдержал крутые экзамены на три ступени посвящения у хранителей тайн Пирамид. Все семь ступеней посвящения на короткой памяти человечества преодолели Пифагор Самосский, Иисус из Назарета, названный Христом, и еще несколько скромных человек. Платон, как и любой Посвященный, не мог безжалостно передавать знания прямо неподготовленным к ним людям. Елена Блаватская так объяснила сказочную иносказательность диалогов философа: «Платон, повторяя рассказ, переданный Солону жрецами Египта, намеренно смешивает, как поступил бы каждый Посвященный, два материка и приписывает небольшому острову Посейдонису все события, которые относились к двум огромным праисторическим материкам… Тем не менее, Платон должен был знать, как и каждый Посвященный Адепт, историю Третьей Расы после ее падения… Примерно триста миллионов лет ушло на присутствие двух первых человеческих Рас до возникновения Лемурии и Атлантиды». Древнегреческий философ использовал художественный прием переноса картины истины в другое время и в другое место, чем запутал не только европейских ученых, но и своего ученика Аристотеля. Аристотель, придумав такую науку как логика, оставил нам крылатую пословицу об Атлантиде: «Платон мне друг, но истина мне дороже». Скандальный ученик, некрасиво завидуя славе Учителя, без тени сомнения заявил, что всю историю о потонувшем острове Платон выдумал от начала и до конца, чтобы на вымышленной земле продемонстрировать свои политические и философские взгляды. Что ж, фантасты пользуются таким приемом и по сей день. Но мы опираемся на факты, добытые собственным опытом воспоминаний своих прошлых жизней в Атлантиде.

Безудержные племена аккадийцев зародились и вызрели на землях, ставших сегодня дном Средиземного моря. Когда толстые волны Потопа образовали это море, неунывающие аккадийцы переселились на новые острова, соединившиеся потом в Европу. Остров Сардиния был главным местом их заводного жительства. Отсюда они потекли в Азию, заселив земли Аравии, Ирана, Пакистана, Индии и России. Они также обильно засеяли Египет и Северную Африку. Ветвями этой неугомонной расы являются первые этруски, финикийцы и баски.

Здесь можно упомянуть и о первых обитателях Англии. В начале Аккадийской эпохи, около 100 000 лет назад колонией Посвященных, высадившихся на эти берега, был основан Стоунхендж. Длинноголовые жрецы и те, кто за ними следовал, принадлежали к первоначальной ветви аккадийской расы. Они были более высоки ростом и более светлы, чем первобытные семитские аборигены. Аккадийцы образовали здесь смешанный народ, составленный из знати потомков рмоахалов, семитов и упрямых переселенцев.

Стоунхендж был построен аккадийцами для создания мощного магнитного поля, защищающего от разрушительного подземного облучения марсианских генераторов энергии. Кроме того, он использовался как звездный храм и календарь. Суровая простота Стоунхенджа была прямым протестом против чрезмерной пышности, орнаментации и изощренности украшений в храмах Атлантиды, жители которой пали, как тени перед своими крикливыми статуями.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *